В защиту осуждённого Шкарупина В.Е.

Опубликовано 11 Янв 2015. Автор:

оборот

Владимир Шкарупин признан виновным в причастности к незаконному обороту наркотических веществ, при наличии квалифицирующих обстоятельств.

 

Суд  ХМАО – Югры

628012, г. Ханты-Мансийск,

ул. Чехова, 3

Судебная коллегия

по уголовным делам

(апелляционная инстанция)

(через Когалымский горсуд,

расп. в ХМАО – Югра,

г.Когалым, ул.Сопочинского, 3)

 

Апелляционная жалоба

«В защиту осуждённого Шкарупина В.Е.»

23.12.2014 Когалымским горсудом (федеральный судья Давлетова) постановлен приговор, которым ранее (юридически) не судимый, имеющий на иждивении малолетнюю дочь машинист автомобильного крана «ИТТ-1» Владимир Шкарупин признан виновным в причастности к незаконному обороту наркотических веществ, при наличии квалифицирующих обстоятельств.

Суд, квалифицировав инкриминируемые действия Шкарупина В.Е. по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ (3 эпизода), определил подзащитному наказание в виде реального лишения свободы, связанного с изоляцией от общества, семьи и трудового коллектива, назначив при этом меру сроком на 11 лет, с отбыванием в ИК строгого режима.

Нахожу состоявшийся и обжалуемый приговор суда в отношении Шкарупина В.Е. ошибочным, необоснованным и незаконным, в полной мере не отвечающим требованиям ст. 297 УПК РФ, а потому подлежащим отмене  с прекращением производства по делу за его полной непричастностью, с

учётом ряда реальных и достоверных доводов, заслуживающих уважения и удовлетворения.

Так, в основу своего приговора суд может положить лишь исследованную им, в порядке ст. 240 УПК РФ,  достаточную совокупность относимых, допустимых и достоверных доказательств, перечисленных в не подлежащем расширительному толкованию перечне, указанном в ст. 74 УПК РФ, в соответствии с правилами их оценки, установленными в ст.ст. 87и 88 УПК РФ.

Далее, суд при осуществлении правосудия обязан проверять соблюдение следственным органом в ходе досудебного производства принципа законности, который закреплён в ст. 7 УПК РФ, устанавливающей требование к любым действиям в виде мотивированности и обоснованности.

Далее, согласно требованиям ч. 3 ст. 7 и ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства, представляемые процессуальными сторонами, должны быть обязательно признаны судом недопустимыми, если они получены (добыты) с нарушением требований УПК РФ.

Далее, согласно требованиям ч. 2 ст. 17 УПК РФ, никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Далее, согласно требованиям ч. 2 ст. 77 УПК РФ, признательные показания обвиняемого могут быть положены в основу обвинительного приговора, если они подтверждены достаточной совокупностью других допустимых и достоверных доказательств.

Далее, согласно требованиям ст.ст. 195-196 УПК РФ и п. 2 руководящих указаний Постановления Пленума ВС РФ № 14 от 15.06.2006 «О судебной практике по делам, связанным с незаконным оборотом наркотических веществ», по делам данной категории является обязательным назначение и проведение судебно-химических экспертиз, т.к. это необходимо для определения вида средств и веществ, их размеров, названий и свойств, происхождения, способа изготовления, производства или переработки.

Далее, в ходе досудебного производства следственный орган обязан в полной мере выполнить требования ст. 73 УПК РФ, т.е. достоверно доказать наличие события преступления, виновности лица (состава преступления) и т.д.

Кроме того, суд при осуществлении правосудия должен соблюдать независимость и объективность; не вправе занимать ни одну из процессуальных сторон, исходя из требований ч. 3 ст. 15 УПК РФ.

Однако Когалымский горсуд, постановляя обсуждаемый приговор, открыто и ангажировано встал на сторону обвинения, грубо и прямо нарушив все упомянутые ранее нормы закона.

Так, суд необоснованно положил в основу обвинительного приговора показания пятерых свидетелей, являющихся оперативными уполномоченными полиции, а именно, Грязнова А.Л., Ершова А.В., Фоломеева Д.М., Софинова И.Х., Серебрякова Ю.В.

Однако данные, хотя и относимые, но явно недостоверные доказательства по своим содержательным составляющим вовсе не подтверждают причастность Шкарупина В.Е. к сбыту наркотических веществ, т.к. им не известны конкретные обстоятельства, они не участвовали в проведении в отношении него оперативно-розыскных мероприятий.

Так, свидетель Грязнов А.Л. суду показал, что ему известно о сбыте Шкарупиным В.Е. наркотических веществ из устных бесед с подзащитным.

Далее, свидетель Ершов В.В. суду показал, что лично он в отношении всех троих обвиняемых никаких ОРМ не проводил, и ему неизвестно, проводили ли ОРМ другие сотрудники полиции.

Далее, свидетель Фоломеев Д.М. суду показал, что со слов забытого им сотрудника полиции ему известно, что ещё зимой 2013 года в отношении троих обвиняемых производились задержания в ходе ОРМ; и что они дали признательные показания, но лично он не располагает никакой достоверной информацией, свидетельствующей о причастности подсудимых к сбыту наркотических веществ, т.к. их не задерживал, не опрашивал и не допрашивал.

Далее, свидетель Софинов И.Х. суду показал, что точно не помнит, но проводил какое-то ОРМ по «киви-кошелькам»; что прямо и грубо противоречит нормам ст.ст. 2 и 6  144-ФЗ от 12.08.1995 «Об ОРД», устанавливающим, что ОРД проводятся в отношении всё же физических лиц, а не виртуальных субстанций.

Что касается утверждений данного сотрудника полиции о том, что Шкарупин В.Е.и двое других подсудимых занимались сбытом наркотических веществ, то они являются голословными, не содержат никакой конкретики; к тому же, на самом деле, Софинов И.Х. никого не допрашивал по данному делу.

Далее, сотрудник полиции Кубряков Р.Д. суду показал, что по инкриминируемым троим подсудимым трём эпизодам сбыта 06.012.014

наркотических веществ ему ничего не известно, поэтому данное доказательство необходимо признать как не относимое.

Следовательно, из показаний всех допрошенных, в порядке ст. 240 УПК РФ,  сотрудников полиции следует, что никому из них не известно, кто конкретно сбыл  06.01.2014 наркотические вещества Богимову А.А., Тагирову М.М. и Файзуллину А.Р., причём сами последние суду показали, что не знают ни Шкарупина В.Е., ни двоих других подсудимых.

Далее, по мотивированной версии защиты, все три постановления старшего следователя Костырева П.Д. от 25.02.2014, от 09.03.2014 и 10.03.2014 о возбуждении трёх уголовных дел по п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ следует признать необоснованными и противоречащими требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, т.е. незаконными, поскольку:

— они вынесены ненадлежащим должностным лицом, коим должен быть начальник следственного органа; т.к., в порядке ст. 155 УПК РФ, выделить материалы из уголовного дела в отдельное производство для проверки, в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ, поэтому он и должен был действовать согласно положениям ч. 2 ст. 39 УК РФ;

— на самом деле, следовало применить требования п.1 ч. 3 ст. 154 УПК РФ, в соответствии с которой в отдельное производство выделяется уголовное дело;

— следовало признать, что три уголовных дела, возбуждённых по ч. 1 ст. 228 УК РФ, из которых были выделены для проверки материала в отдельное производство и три уголовных дела,  возбуждённые по п. «г» ч. 4 ст. 228-1 УК РФ, прямо и непреложно связаны между собой, т.к. все они (шесть) вытекают из незаконного оборота наркотических веществ.

Поскольку все три уголовных дела следует признать незаконными, постольку все доказательства (ст. 74 УК РФ), полученные (добытые) после этого следственным органом, надлежит оценить как недопустимые, использование которых при осуществлении правосудия прямо запрещено гарантиями, установленными ч. 2 с. 50 Конституции РФ.

Далее, суд сослался в доказательство вины Шкарупина В.Е. и двоих других обвиняемых по делу на протоколы личных досмотров Файзуллина А.Р., Тагирова М.М., Богимова А.А., Умрихина Д.В., Сулейманова А.Р. как на результаты проведённых оперативно-розыскных действий, с чем согласиться нельзя, т.к.:

— ст. 6  144-ФЗ от 12.08.1995 «Об ОРД» такого ОРМ, как «личный досмотр», не установлено;

— личный досмотр предусмотрен ст. 27.7 КоАП РФ;

— в отношении Файзуллина А.Р., Сулейманова А.Р., Тагирова М.М., Богимова А.А. возбуждались производства по делам об административных правонарушениях, в рамках которых и производились личные досмотры;

— 144-ФЗ от 12.08.1995 «Об ОРД» действует не в сфере административного производства, а в области уголовного судопроизводства;

— результаты ОРД запрещено применять в уголовном судопроизводстве, если они получены с нарушениями требований УПК РФ.

Таким образом, указанные ранее т.н. протоколы личных досмотров следует  признать  недопустимыми доказательствами, исходя из требований ч. 3 ст. 7 и ч. 1 ст. 75 УПК РФ; тем более, что в материалах уголовного дела их и нет, а имеются всего лишь копии, которые не осматривались в ходе досудебного производства, не приобщались к материалам уголовного дела; т.е. не являются и вещественными доказательствами либо иными документами, что  не отвечает и требованиям ст. 81 и 84 УПК РФ.

Далее, суд в обжалуемом приговоре в качестве допустимых и достоверных доказательств вины Шкарупина В.Е. сослался на три заключения судебно-химических экспертиз №№ 12, 14 и 15, проведённых, соответственно, 12.02.2014, 17.02.2014 и 06.02.2014, с чем согласиться нельзя, т.к.:

— к делу не приобщены сами заключения экспертиз;

— фигурирующие копии заключений экспертиз, назначенных и проводимых по другим уголовным делам, следственным органом не осматривались, к материалам уголовного дела не приобщались, что противоречит положениям ст.ст. 74, 81 и 84 УПК РФ;

— при назначении и проведении данных экспертиз следственный орган не выполнил требований ст.ст. 195 и 198 УПК РФ, т.е. не ознакомил ни обвиняемого Шкарупина В.Е., ни его адвоката; не разъяснил им прав, чем грубо нарушил право на защиту (ст.ст. 47, 97 и 53 УПК РФ), поэтому и отсутствует соответствующий протокол;

— такая ситуация грубо противоречит п.п. 9 и 19 Постановления № 28 от 28.12.2010 «О судебной экспертизе по уголовным делам» (подлежат оценке только заключения экспертиз, но не их копии); определениям Конституционного Суда от 26.01.2010, от 18.06.2004, от 25.12.2008, от 29.01.2009, от 28.05.2009;

— следственный орган, не назначив проведение по данному уголовному делу трёх судебно-химических экспертиз, полностью проигнорировал как требования закона (ст.ст. 195 и 198 УПК РФ), так и п. 2 руководящих

указаний постановления № 14 Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 «О судебной практике по делам о наркообороте».

Следовательно, три копии заключений судебно-химических экспертиз, во-первых, вообще не являются доказательствами, но даже если их признать таковыми, то следует оценить их как недопустимые, исходя из требований ч. 3 ст. 7 и ч. 1 ст. 75 УПК РФ.

Далее, при постановлении обжалуемого приговора суд сослался также как на доказательства вины Шкарупина В.Е. на протокол осмотра предметов (документов) от 18.02.2014, в ходе которого было осмотрено изъятое у Тагирова М.М.т. 06.01.2014 наркотическое средство (т. 4, л.д.18-20) и вещественное доказательство — изъятое у Тагирова М.М.т. 06.01.2014 наркотическое средство массой 0,637 грамма (т. 4, л.д. 22);

протокол осмотра предметов (документов) от 26.12.2013, в ходе которого был осмотрен мобильный телефон, изъятый 06.01.2014 в ходе личного досмотра у Умрихина Д.В.; вещественные доказательства: чек об оплате, изъятый 06.01.2014 в ходе личного досмотра у Умрихина Д.В.; мобильный телефон, изъятый 06.01.2014 в ходе личного досмотра Умрихина Д.В. (т. 3, л.д. 259-262);

протокол осмотра предметов (документов) от 07.02.2014, в ходе которого было осмотрено наркотическое средство, изъятое у Богимова А.А. 06.01.2014 (т. 4, л.д. 102-104) и вещественное доказательство: изъятое у Богимова А.А. 06.01.2014 наркотическое средство массой 0,764 грамма (т. 4, л.д. 106); протокол осмотра предметов (документов) от 26.12.2013, в ходе которого был осмотрен мобильный телефон с сим-картой, изъятый 06.01.2014 у Богимова А.А. (т. 4, л.д. 77-80; удивление вызывает утверждение следователя о том, что он осмотрел в 2013 году телефон, который будет изъят только в январе 2014 года!!!); вещественные доказательства: мобильный телефон с сим-картой, изъятые  у Богимова А.А.  06.01.2014 в ходе личного досмотра (т. 4, л.д. 83);

протокол осмотра предметов (документов) от 18.02.2014, в ходе которого было осмотрено изъятое у Файзуллина А.Р. 06.01.2014 наркотическое средство (т. 4, л.д.18-20) и вещественное доказательство: изъятое у Файзуллина А.Р. 06.01.2014 наркотическое средство массой 0,876 грамма (т. 1, л.д.159-161);

протокол осмотра предметов (документов) от 20.01.2014, в ходе которого был осмотрен мобильный телефон, изъятый в ходе личного досмотра у Попова А.В. 06.01.2014 (т. 1, л.д. 128-139); вещественное доказательство: мобильный телефон, изъятый в ходе личного досмотра у Попова А.В. 06.01.2014 (т. 1, л.д.140), с чем согласиться нельзя, т.к.:

— никаких протоколов в материалах уголовного дела нет, а имеются лишь их ксерокопии;

-эти ксерокопии следственным органом не осматривались, к материалам данного уголовного дела не приобщались, что прямо и грубо противоречит требованиям ст.ст. 74, 81 и 84 УПК РФ;

— науке неизвестно, как с мобильных аппаратов и наркотических веществ снять ксерокопии.

Следовательно, перечисленные выше ксерокопии вообще не являются доказательствами, а если их и признать таковыми, то только в качестве явно недопустимых.

Далее, суд в обжалуемом приговоре сослался на вещественные доказательства как подтверждающие вину Шкарупина В.Е., однако в материалах данного уголовного дела нет ни мобильных телефонов, ни собственно наркотических веществ.

Следовательно, суд сослался на несуществующие доказательства.

Является несостоятельным и приведение в приговоре как доказательства вины Шкарупина В.Е. и протокола проверки его показаний на месте (т. 4, л.д. 234-236), т.к. указанные им места закладок наркотических веществ противоречат фактическим обстоятельствам, в связи с чем данное доказательство следует признать недостоверным.

Также следует признать недостоверными доказательствами показания «штатных» понятых, а именно – Авдюкова С.В. и Пухарева Д.А.; т.к. они систематически участвуют во всех обысках, досмотрах и т.д. по ранее состоявшейся договорённости между руководством их ЧОПа и руководителем отдела МВД России по г. Когалым, что является нарушением требований ст.ст. 60, 180 и ч. 5 ст. 164 УПК РФ.

Далее, согласно показаниям в суде Шкарупина В.Е., он вообще не знаком ни с Евсеевым, ни с Сулеймановым, поэтому мотивированно отказался от «признательных» показаний, ошибочно данных им в ходе предварительного расследования, когда был введён в заблуждение и ложно себя оговорил, в т.ч. и при выходе на места происшествия, когда указал придуманные им места закладок.

Таким образом, обвинительный приговор суда в отношении Шкарупина В.Е. построен на ирреальных (несуществующих) «доказательствах», на ряде недопустимых и вызывающих сомнения доказательств,  а  также на предположениях, что противоречит требованиям ч. 4 ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст. 53 УПК РФ,

Прошу:

1. Постановить апелляционное определение об отмене приговора от 23.12.2014 Когалымского горсуда по уголовному делу по обвинению Шкарупина В.Е. по п. «г» ч. 4 ст. 228-1  УК РФ и вынести в отношении него оправдательный приговор за его непричастностью к совершению трёх инкриминируемых ему преступлений, т.е. по основаниям, предусмотренным в п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

 

Приложение: 1. Ордер Коллегии

адвокатов на защиту

Шкарупина В.Е.;

2. 6 копий

апелляционной жалобы

для процессуальных

участников.

 

 

Адвокат:                    (М.Ф. Пуртов)

Оставить отзыв