Адвокат М. Ф. Пуртов » Апелляционная жалоба (дополнительная) «В защиту Сафаралеева Р.Р.»

Апелляционная жалоба (дополнительная) «В защиту Сафаралеева Р.Р.»

Опубликовано 17 Апр 2016. Автор:

08.04.2016 Сургутским райсудом (федеральный судья Гуцало А.А.) постановлен приговор, которым Сафаралеев Р.Р. признан виновным в совершении должностного преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки при наличии квалифицирующих обстоятельств).

 

Суд ХМАО – Югры
628012, г. Ханты-Мансийск,
ул. Чехова, 3
Судебная коллегия
по уголовным делам
(апелляционная инстанция)
(через Сургутский районный
суд, расп.: г. Сургут,
ул. Юности, 6 «а»)

Апелляционная жалоба (дополнительная) «В защиту Сафаралеева Р.Р.»

08.04.2016 Сургутским райсудом (федеральный судья Гуцало А.А.) постановлен приговор, которым Сафаралеев Р.Р. признан виновным в совершении должностного преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки при наличии квалифицирующих обстоятельств).

11.04.2016 по почте заказной корреспонденцией отправлена апелляционная жалоба (предварительная), в которой поставлен вопрос об отмене указанного выше приговора от 08.04.2016 (копия прилагается).

Настоящая жалоба мотивированно дополняет содержательные основания для отмены состоявшегося приговора.

Так, обжалуемый приговор постановлен незаконным составом суда, что и является, в соответствии с требованиями п. 2 ч. 1 ст. 389.15, п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ, самостоятельным основанием для отмены первого.

Действительно, защитой представлялось в письменной мотивированной форме заявление об отводе судьи Гуцало А.А., который, по реальной и состоятельной версии первой, грубо нарушая требования ч. 3 ст. 15 УПК РФ, открыто и ангажированно встал на сторону обвинения, продемонстрировав свою предвзятость и обвинительный уклон, что проявилось в нижеследующих его действиях (решениях).

Так, данный судья по своим явно надуманным доводам 29.12.2015 отказал в удовлетворении мотивированного ходатайства защиты о назначении и проведении по данному уголовному делу судебной лингвистической экспертизы, в порядке ст. 195 УПК РФ, хотя для строго научного анализа диалога между провокатором Рудовским А.В. и подзащитным Сафаралеевым Р.Р. требуются специальные знания именно в этой области науки (лингвистики), что и вытекает из нормы ст. 80 УПК РФ.

Далее, мало того, что судья Гуцало А.А. отказал в удовлетворении обоснованного ходатайства защиты о назначении и проведении указанной экспертизы, так ещё и отказался приобщить к материалам уголовного дела уже проведённое учёными Сургутского госуниверситета экспертное исследование (ответы специалистов), в очередной раз продемонстрировав свой предвзятый в пользу обвинения настрой (копии ходатайства и ответов прилагаются).

Далее, продолжая свой тенденциозно-обвинительный уклон, судья Гуцало А.А. отказался приобщить к материалам уголовного дела публикации «Взяточку, будьте любезны!», «А сейчас вылетит Птичкин», хотя в них сообщается о преступной деятельности Рудовского А.В.; что, согласно положениям ч. 2 ст. 144 УПК РФ, требует организации и проведения, в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ, доследственной проверки, и о чём 15.12.2015 уже было подано соответствующее заявление на имя руководителя СУ СКР по ХМАО – Югре генерал-майора юстиции Аркадия Сынгаевского (копии уже трёх публикаций в СМИ: «Взяточку, будьте любезны!», «А сейчас вылетит Птичкин», «А решение вопроса – сколько сумма?», заявления от 15.12.2015 прилагаются).

Между тем, данные документы дают достоверные и убедительные основания для критической оценки показаний настоящего провокатора-прокуратора Рудовского А.В., что и пытается не допустить, в угоду обвинению, судья Гуцало А.А.

Далее, ещё ранее, так же с целью не допустить наличия в материалах уголовного дела документальных оснований для критической оценки лживых измышлений Рудовского А.В., судья Гуцало А.А., по придуманным наспех «доводам», необоснованно отказал в удовлетворении заявленного защитой ходатайства о приобщении к материалам уголовного дела копии приговора от 22.12.2014 Сургутского горсуда по уголовному делу в отношении Артура Фатхуллина, который был незаконно привлечён, благодаря этому же провокатору, т.е. Рудовскому А.В., по одиннадцати эпизодам «взяток»; хотя данное доказательство (ст. 74 УПК РФ) имеет преюдициальное значение (ст. 90 УПК РФ).

Далее, открыто действуя на стороне обвинения, судья Гуцало А.А. необоснованно снял почти все «неприятные» вопросы адвоката Пуртова М.Ф. к Рудовскому А.В., а на изобличающие вопросы адвоката Харь С.Б. и вовсе «разрешил» лжецу не отвечать (?!), что, однако, грубо противоречит требованиям п. 2 ч. 6 ст. 56 УПК РФ.

Далее, судья Гуцало А.А. по надуманным «основаниям» отклонил все ходатайства, заявленные защитой, о признании значительного количества доказательств (ст. 74 УПК РФ) недопустимыми, т.к. они получены (добыты) с грубыми нарушениями требований УПК РФ, поэтому их использование при осуществлении правосудия прямо запрещено гарантиями, установленными в ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

Все приведённые выше доводы были выявлены непосредственно в ходе судебного разбирательства, и ранее не были известны.

Таким образом, своим обвинительным поведением, выразившемся в принятии оспариваемых тенденциозно-обвинительных решений, судья Гуцало А.А. проявил вполне определённое занятие им стороны обвинения, что свидетельствует о наличии у него иной, косвенной, заинтересованности в исходе дела, препятствующей его дальнейшему участию в уголовном судопроизводстве (ч. 2 ст. 61 УПК РФ) по уголовному делу в отношении Сафаралеева Р.Р.

Далее, судом положены в основу обвинения результаты проведённого днём 30 марта 2015 года ОРМ в виде т.н. «оперативного эксперимента», хотя защита просила признать их недопустимыми доказательствами.

Между тем, по реальной и состоятельной версии защиты, в отношении Рифата Сафаралеева следовало вынести оправдательный приговор за его непричастностью, т.е. по основаниям, изложенным в ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Однако суд критически оценил такое допустимое и достоверное доказательство, как показания самого Рифхата Сафаралеева, который как в ходе предварительного следствия, так и во время судебного производства вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, позиционируя, что в отношении него были совершены конкретные умышленные подстрекательские действия троих сотрудников полиции и прокурора Романа Рудовского, спровоцировавших его на получение денег в сумме двухсот тысяч рублей якобы за «не составление» протокола об административном правонарушении, указанном в ч. 1 ст. 18.15 КоАП РФ (незаконное «привлечение» иностранного гражданина к «трудовой деятельности»), хотя никаких «оснований» для оформление таких документов на самом деле не было.

По версии защиты, в действиях инспектора отдела УФМС России по ХМАО – Югре Рифхата Сафаралеева состав преступления отсутствует, т.к. имела место постановочная провокация преступления, спланированная и осуществлённая тремя сотрудниками полиции и прокуратором, по факту, Романом Рудовским; что райсудом проигнорировано.

Между тем, рассматриваемое уголовное дело и преследование Сафаралеева Р.Р. возбуждены необоснованно и незаконно, в грубое нарушение требований ч. 4 ст. 7, ч. 2 ст. 140, ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 171 УПК РФ; т.е. в отсутствие на то достаточной совокупности допустимых и достоверных доказательств, указанных в ст. 74 УПК РФ и отвечающих требованиям ст.ст. 87 и 88 УПК РФ, что райсудом оставлено без внимания и оценки.

Так, райсуд в числе доказательств сослался на рассекреченные материалы оперативно-розыскной деятельности, проведённой днём 30.03.2015 сотрудниками отдела МВД России по Сургутскому району, а именно:

Постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд 9 (т.1, л.д. 224-226);
Постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 22.04.2015 (т. 1 , л.д. 227-229);
Постановление о проведении «оперативного эксперимента» от 28.03.2015 (т. 1, л.д. 230-231);
Акт осмотра, выдачи и пометки химическими веществами документов, предметов (денежных купюр) Рудовскому Р.В. с заверенными копиями врученных денежных средств (т. 1, л.д. 233-234);
Контрольный образец химического вещества и ватный тампон, при помощи которого осуществлялась пометка денежных средств;
Два физических носителя информации: CD-R № 01; DVD-R № 010 с результатами оперативно-технических мероприятий по видео-фиксации встречи, проводимой между Рудовским Р.В. и Сафаралеевым Р.Р., имеющих доказательственное значение (т. 1, л.д. 251-254, 255-260);
Стенограмма по двум физическим носителям информации: CD-R № 01; DVD-R № 010 (т. 1, л.д. 251-254, 255-260);
Акт личного досмотра Рудовского Р.В. (т. 1, л.д. 232-233);
Акт проведения ОРМ «Оперативный эксперимент» (т. 1, л.д. 248-250);
Акт осмотра предметов (документов) от 03.05.2015;
Постановление о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств (т. 2, л.д. 1-15, 16-17).

По реальной и состоятельной версии защиты, указанные выше бумажные и электронные носители информации должны быть исключены из перечня доказательств, с учётом ряда аргументированных доводов, заслуживающих уважения и удовлетворения.

Так, согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в п. 4 мотивировочной части определения от 04.02.1999 № 18-о, результаты ОРД вообще не являются доказательствами, поэтому они и не включены в неподлежащий расширительному толкованию конкретный перечень ст. 74 УПК РФ, поскольку это всего лишь сведения о фактах; однако суд это вообще игнорирует.

Согласно нормам ст. 89 УПК РФ, результаты ОРД всё же могут быть признаны доказательствами, но лишь при условии, если они получены (добыты) со строгим соблюдением требований УПК РФ, что судом не учтено.

Между тем, поскольку результаты ОРД получены с грубым нарушением требований УПК РФ, постольку они не могут признаваться допустимыми доказательствами, и их следует исключить из соответствующего перечня, что райсуд проигнорировал.

Далее, ссылка райсуда на «оперативную информацию» и т.н. «Дело оперативного учёта» в отношении подзащитного явно несостоятельна, т.к. эти материалы в суд не представлялись и не проверялись, поэтому в порядке ст. 240 УПК РФ не исследовались, ничем не подтверждены и не могут быть приняты за основу; но первый поступил с точностью до наоборот.

Действительно, в суд не представлено доказательств, достоверно подтверждающих, что подзащитный, якобы «выявив» административное правонарушение, принимал конкретные меры к его «сокрытию», вымогая при этом вознаграждение за «не составление» протокола и «не возбуждение» дела об административном правонарушении; хотя первый и делает выводы об обратном.

Далее, как достоверно установлено материалами уголовного дела, в деятельности ООО «Айсберг» и его исполнительного директора Романа Рудовского никаких «нарушений» миграционного законодательства не только не выявлено, но их и вообще не существует, что дополнительно подтверждается и заключением Управления ФМС России по ХМАО – Югре, проводившего служебное расследование. Но суд и эти достоверные и допустимые доказательства игнорирует.
Далее, не было выявлено «нарушений» миграционного законодательства в ООО «Айсберг» и 30.03.2015 во время заранее спланированного и постановочного «оперативного эксперимента», хотя прокуратор Роман Рудовский и пытался их искусственным, провокационным образом сымитировать (специально привёз с рынка троих подставных иностранных граждан); более того, умышленно оговаривал себя, обращаясь к подзащитному: «Я понял, что ты тут прилип, с этими таджиками».

Далее, согласно требованиям ст. 5 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ (ред. от 29.06.2015) «Об ОРД», при проведении ОРМ должны обеспечиваться и соблюдаться права человека и гражданина, однако в отношении подзащитного были совершены умышленные подстрекательские действия, искусственно провоцирующие получение должностным лицом взятки, что судом проигнорировано.

Однако, как следует из содержания оглашённых видео-файлов, Роман Рудовский активно провоцировал подзащитного на получение взятки:
«Тёзка, давай, решим…»;
«Давайте, как-то найдём общий язык»;
«Давайте, как-то будем дружить, договариваться»;
«Говори, какой выход там…»;
«Из каждой ситуации есть выход, правильно?»;
«Предлагай, я рассмотрю все выходы из данной ситуации…»;
«А решение вопроса – сколько сумма?»;
«Озвучь, кто тут, кроме нас с тобой…»;
«Сколько получается…»;
«Так, давай тогда, как договоримся»;
«Так получается чо? Две, чтобы меня потом никто не трогал?»;
«Роман Романович, давайте, чо-нить решим…»;
«Роман Романович, договоримся о чём-нибудь?»;
«Роман Романович, а Роман Романович. Роман Романович можно на минутку, чо, пойдём в машину, переговорим?».

Следовательно, проведение 30.03.2015 ОРМ в отношении Р.Р. Сафаралеева грубо противоречит требованиям п. 1 ч. 2 ст. 7 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ (ред. от 29.06.2015) «Об ОРД»., однако райсуд это оставил без внимания и оценки.

Таким образом, позиция защиты полностью соответствует исчерпывающим и конкретным руководящим указаниям по данному вопросу п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях»:

«От преступления, предусмотренного статьей 304 УК РФ, следует отграничивать подстрекательские действия сотрудников правоохранительных органов, спровоцировавших должностное лицо или лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческий или иной организации, на принятие взятки или предмета коммерческого подкупа.

Указанные действия совершаются в нарушение требований статьи 5 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и состоят в передаче взятки или предмета коммерческого подкупа с согласия или по предложению должностного лица либо лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, когда такое согласие либо предложение было получено в результате склонения этих лиц к получению ценностей при обстоятельствах, свидетельствующих о том, что без вмешательства сотрудников правоохранительных органов умысел на их получение не возник бы и преступление не было бы совершено».

Таким образом, результаты спланированного постановочного ОРМ («оперативный эксперимент»), осуществлённого тремя сотрудниками полиции при участии привлечённого гражданского лица, получены не только с грубыми нарушениями УПК РФ, но и сопряжены с совершением этими четырьмя лицами уголовно наказуемого деяния, квалифицируемого по ч.ч. 2, 3 и 4 ст. 33, ч. 4 ст. 34 и п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ; но и эти доводы райсуд предпочёл замалчивать.

Далее, райсуд сослался в качестве доказательства вины Рифхата Сафаралеева на показания Романа Рудовского; по версии же защиты, хотя данное доказательство и является относимым и допустимым, но, ввиду вполне очевидной лживости, его следует признать недостоверным.

Так, данный прокуратор является штатным провокатором, который, отрабатывая похищенные им 50 тыс. руб., активно, настойчиво и назойливо склонял подзащитного принять 200 тыс. руб., за что и должен быть привлечённым к уголовной ответственности, согласно поданному заявлению в СУ СКР по ХМАО – Югре.

Далее, защита считает, что Сургутскому райсуду необходимо было вынести в отношении Сафаралеева Р.Р. оправдательный приговор за отсутствием состава преступления, т.е. по основаниям, указанным в п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, т.к. необходимо принять во внимание совокупность реальных и состоятельных доводов, заслуживающих уважения и удовлетворения.

Так, в ст. 7 УПК РФ закреплена законность как основополагающая база и принцип уголовного судопроизводства.

Далее, согласно требованиям ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть обоснованным и законным.

Далее, согласно требованиям ч. 3 ст. 15 УПК РФ, суд при осуществлении правосудия независим и не вправе занимать ни одну из процессуальных сторон.

Далее, в качестве доказательств (ст. 74 УПК РФ) могут быть использованы лишь допустимые и достоверные (ст.ст. 87 и 88 УПК РФ).

Далее, использование в уголовном судопроизводстве недопустимых доказательств, т.е. полученных с нарушением требований УПК РФ, прямо запрещено ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

Далее, никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, согласно требованиям ч. 2 ст. 17 УПК РФ.

Далее, согласно требованиям ч. 3 ст. 14 УПК РФ и гарантиям, установленным в ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, все неустранимые сомнения в виновности лица должны быть истолкованы в его пользу.

Далее, согласно требованиям ст.ст. 5, 7 и 8 Федерального закона № 144-ФЗ от 12.08.1995 «Об ОРД», при проведении оперативного эксперимента запрещается провокация преступления, т.е. искусственное создание признаков преступления и доказательств участия в нём соответствующего лица при отсутствии события преступления или участия в нём заинтересованного лица.

В подтверждение реальности и состоятельности своей позиции защита при этом ссылается на ст. 34 руководящих разъяснений Постановления № 24 Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях».
Принятие должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, при указанных обстоятельствах денег, ценных бумаг, иного имущества или имущественных прав, а равно услуг имущественного характера не может расцениваться как уголовно наказуемое деяние. В этом случае в содеянном отсутствует состав преступления (пункт 2 части 1 статьи 24 УПК РФ)».

Поскольку же по уголовному делу в отношении Сафаралеева Р.Р. следственным органом не добыто никаких доказательств того, что между Рудовским Р.В. и старшим инспектором была ранее «достигнута» предварительная договорённость и получено «согласие» подзащитного принять деньги, фактически они вообще не знакомы друг с другом, никогда не встречались, постольку трое упомянутых выше сотрудников полиции и провокатор-бизнесмен (в соучастии) подлежат привлечению к уголовной ответственности за подстрекательство к получению взятки при наличии квалифицирующих обстоятельств.

Далее, райсуд не учёл того, что если Сафаралеев Р.Р. якобы «получил» взятку, за что установлена ответственность по ст. 290 УК РФ, то должна быть и дача взятки лицом, в действиях которого обязательно констатируется состав преступления, указанный в ст. 291 УК РФ, но которое лишь освобождается от уголовной ответственности, согласно примечанию № 1 к этой статье УК РФ.

Однако 20.05.2015 следователь Сургутского МРСО СУ СКР по ХМАО – Югре Валгушкин Д.И. вынес постановление, которым отказал в возбуждении уголовного дела в отношении Рудовского Р.В. по ст. 291 УК РФ, п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. за отсутствием самого состава преступления.

Между тем, в ст. 30 уже указанного выше Постановления № 24 Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 ясно и недвусмысленно разъяснено, что:

«Освобождение от уголовной ответственности взяткодателя либо лица, совершившего коммерческий подкуп, которые активно способствовали раскрытию и (или) расследованию преступления и в отношении которых имело место вымогательство взятки или предмета коммерческого подкупа, не означает отсутствия в их действиях состава преступления. Поэтому такие лица не могут признаваться потерпевшими и не вправе претендовать на возвращение им ценностей, переданных в виде взятки или предмета коммерческого подкупа».

Описанная крайне неприглядная ситуация приобрела широкий общественный резонанс, о чём свидетельствуют публикации в весьма популярных СМИ, интернет-ресурсах (газета «Мой город – без цензуры», «URA-ru», «Муксун-fm» и других – копии публикаций прилагаются).

Следовательно, если уж, по версии стороны обвинения, дача взятки якобы «не образует» состава преступления, указанного в ст. 291 УК РФ, то и получение взятки тоже в этом случае не может содержать состава преступления, указанного в ст. 290 УК РФ, но этот довод защиты даже не обсуждён.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст. 53, ч. 1 ст. 389.15 – 18, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ,

Прошу:

Постановить апелляционное определение об отмене приговора от 08.04.2016 Сургутского райсуда по уголовному делу в отношении обвиняемого по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ Сафаралеева Р.Р. и о вынесении нового судебного решения, которым оправдать Сафаралеева Р.Р. за его непричастностью к совершению инкриминируемого ему преступления.

Приложение: 1. По тексту на «….» листах;
2. 4 экземпляра апелляционной жалобы для процессуальных
участников.
Адвокат: (М.Ф. Пуртов)

Оставить отзыв