В защиту законных прав и интересов Андрея Баймуканова

Опубликовано 10 Окт 2019. Автор:

18.03.2019 Андрей Баймуканов, имеющий безупречную репутацию, правильную социальную ориентацию, положительно характеризующийся как по месту основной трудовой деятельности, так и по поведению в семейно-бытовой обстановке…

 

Суд ХМАО – Югры
628012, г. Ханты-Мансийск, ул. Чехова, д. 3

Председателю Суда
П.В. Шкилёву

Пуртова М.Ф., адвоката Коллегии адвокатов
№ 1 г. Ханты-Мансийск, состоящего в Реестре
адвокатов ХМАО – Югры под регистрационным
№ 86/288, имеющего служебное удостоверение
№ 1259, выданное 06.07.2016 Управлением
Минюста РФ по ХМАО – Югре, действующего
в порядке выполнения поручения
по предоставлению правовой помощи
Баймуканову Андрею Калеловичу
путём оказания ему возмездных юридических услуг по защите его охраняемых законом прав
и интересов

Кассационная жалоба
«В защиту законных прав и интересов Андрея Баймуканова»

18.03.2019 Андрей Баймуканов, имеющий безупречную репутацию, правильную социальную ориентацию, положительно характеризующийся как по месту основной трудовой деятельности, так и по поведению в семейно-бытовой обстановке, достойно воспитывающий находящихся на его полном иждивении двоих малолетних детей, являющийся их единственным кормильцем, по приговору Югорского райсуда под председательством федерального судьи Хабибуллина А.С. признан виновным в совершении особо тяжкого «должностного» преступления, указанного в п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки при наличии квалифицирующих обстоятельств).

По версии суда, насыщенной неустранимыми противоречиями и являющейся зеркальным отражением позиции следственного органа, Андрей Баймуканов, являясь должностным лицом, якобы «получил» взятку в общей сумме 180 тыс. руб.

Состоявшимся и обжалуемым приговором суда Андрею Баймуканову назначено наказание, связанное с лишением свободы, изоляцией от общества, трудового коллектива и семьи, мера которого была определена в 7,5 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Также этот суд назначил подзащитному дополнительное наказание в виде денежного штрафа в размере 1 млн. 700 тыс. руб.

20.06.2019 постановлено апелляционное определение, которым указанный выше приговор несколько изменён в несущественной части, а в главной составляющей оставлен в первоначальном виде, и потому вступил в законную силу (копия апелляционного определения прилагается).

Однако, в результате внимательного изучения защитой материалов уголовного дела сформирована реальная и состоятельная позиция, заключающаяся в том, что состоявшиеся и обжалуемые постановления судебных инстанций по уголовному делу по обвинению Андрея Баймуканова являются явно незаконными и подлежащими отмене, с прекращением производства по делу в связи с полной непричастностью подзащитного к совершению инкриминируемого ему преступления, т.е. по основаниям, указанным в п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, имеющим как формальные (процессуальные), так и содержательные составляющие.

Так, требованиями ст. 7 УПК РФ закреплён основополагающий принцип уголовного судопроизводства, а именно законности.

Далее, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 297 УПК РФ, постановляемый приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым.

Далее, исходя из требований ч. 2 ст. 297, п.п. 1, 2, 3 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ (несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, существенные нарушения уголовно-процессуального законодательства, неправильное применение уголовного закона), апелляционная инстанция отменяет приговор по реабилитирующим основаниям и прекращает производство по уголовному делу.

Далее, согласно требованиям ст.ст. 7, 74, 87 и 88 УПК РФ, построение судебных постановлений (решений) должно производиться лишь на основе относимых, допустимых и достоверных доказательств, исследованных судом в порядке ст. 240 УПК РФ.

Далее, в случае установления судом конкретных обстоятельств, достоверно подтверждающих то, что исследованные доказательства добыты (получены) с грубыми нарушениями требований закона, суд на основании ч. 3 ст. 7 признаёт таковые носители информации недопустимыми доказательствами и исключает их из перечня, поскольку их применение при осуществлении правосудия прямо запрещено ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

Далее, в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 (в ред. от 03.03.2015) «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» даётся конкретное руководящее разъяснение о том, что недопустимыми признаются и такие доказательства, которые получены или ненадлежащим следственным органом (органом досудебного производства), или ненадлежащим должностным лицом (следователем).

Далее, общие правила территориальной и родовой подследственности и подсудности установлены в ст.ст. 31, 32, 151 и 152 УПК РФ.

Далее, что же касается конкретно военнослужащих, призванных (состоящих) на действительной воинской службе в составе Вооружённых Сил Министерства обороны РФ, а также лиц, проходящих военные сборы, то данная специальная группа обстоятельств подробно и конкретно регламентирована нижеуказанными федеральными законами, а именно:
а) Приказ Следственного комитета при прокуратуре РФ от 07.09.2007 № 10 «Об утверждении Положения о военном следственном управлении Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации»;
б) Федеральный закон от 28.03.1998 № 53-ФЗ (в ред. от 29.05.2019) «О воинской обязанности и военной службе»;
в) Федеральный закон № 76-ФЗ от 27.05.1998 (в ред. от 03.07.2019) «О статусе военнослужащих»;
г) Федеральный конституционный закон от 23.06.1999 № 1-ФКЗ (в ред. от 30.10.2018) «О военных судах Российской Федерации».

Далее, 20.06.2019 защита представила суду апелляционной инстанции справку из Военного комиссариата по ХМАО – Югре, достоверно подтверждающую, что ещё 31 мая 2017 года Андрей Баймуканов был уволен с воинской службы в составе Вооружённых Сил Министерства обороны РФ в запас, а несколько позднее принят в это же ведомство в статусе гражданского служащего по трудовому договору.

Следовательно, поскольку во время привлечения Андрея Баймуканова к уголовной ответственности он уже не проходил воинскую службу в составе Вооружённых Сил Министерства обороны РФ, постольку надлежащим органом досудебного производства должен был быть Югорский межрайследотдел СУ СКР по ХМАО – Югре по причине фактического нахождения подзащитного в статусе гражданского служащего.

Однако, фактически предварительное расследование было проведено по данному делу в отношении гражданского служащего, даже не проходящего военные сборы, военно-следственными органами СКР, т.е ненадлежащим органом досудебного производства и ненадлежащими должностными лицами, что грубо противоречит требованиям п. 2 ч. 1 ст. 7 Федеральныого конституционного закона от 23.06.1999 № 1-ФКЗ (в ред. от 30.10.2018) «О военных судах Российской Федерации».

Далее, коли уж фактически предварительное расследование было проведено военно-следственными органами, то и уголовное дело для рассмотрения по существу должно было быть направленным в военный суд Тюменского гарнизона, однако, оно поступило в неподсудный ему Югорский райсуд; и, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 34 УПК РФ, он и должен был вынести постановление о передаче дела по подсудности в военный суд Тюменского гарнизона.

Однако, Югорский райсуд поступил вопреки требованиям закона, требуемое постановление не вынес, принял данное уголовное дело к своему производству, назначил его к рассмотрению по существу и провозглашению итогового судебного решения (приговора).

Вполне понятно, что состоявшийся и обжалуемый приговор Югорского райсуда постановлен незаконным составом суда (п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК), что и влечёт его безусловную отмену.

Далее, поскольку орган досудебного производства в отношении взяткодателя и посредника в передаче взятки вынес два постановления об отказе в отношении них в возбуждении уголовных дел в связи с «отсутствием» в их действиях составов преступлений, т.е. по основаниям, указанным в п. 2 ч. 1 ст. 24 и в п. 2 ч. 1 ст. 145 УПК РФ, постольку, до их отмены по основаниям явной и вполне очевидной незаконности, данные два документа непреложно влекут безусловное, конкретное юридическое последствие в виде правового препятствия для противоположной юридической оценки действий подзащитного как якобы «преступных».

Далее, орган досудебного производства, если бы не страдал правовой безграмотностью, то, исходя из теоретических положений ст.ст. 290 и 291.1 УК РФ, располагал бы возможностью положительно решить вопрос об освобождении взяткодателя и посредника в передаче взятки как лиц, совершивших преступления, от уголовного наказания; однако, на самом деле, он поступил с точностью до наоборот.

Кроме того, состоявшийся и обжалуемый приговор райсуда является явно незаконным и по содержательным основаниям, т.е. по существу.

Так, 22.06.2017 органами досудебного производства Баймуканов А.К. был привлечён к уголовной ответственности (уголовное преследование) в качестве обвиняемого в совершении особо тяжкого должностного преступления (ч. 5 ст. 15 УК РФ), предусмотренного в п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и ч. 1 ст. 285 УК РФ (последнее преследование несколько позднее было прекращено по реабилитирующим для подзащитного основаниям).

Кроме того, этот же орган досудебного производства нехотя прекратил уголовное подозрение против Андрея Баймуканова и по ч. 3 ст. 290 УК РФ, якобы «получившего» 150 тыс. руб. от человека с явно подпорченной репутацией, а именно Маквецяна Э.Т., по версии которого подзащитный за эти же денежные средства «должен» был незаконно освободить его сына от призыва на действительную срочную военную службу в рядах Российской армии.

Следует отметить и то, что документированию этого важного процессуального решения предшествовал скандал, когда «взяткодатель» Маквецян Э.Т. не смог опознать Андрея Баймуканова, хотя якобы именно ему он и «передал» 150 тыс. руб.

Вот при таких печальных обстоятельствах испуганный следователь, ожидая крепкого нагоняя, вынужден был спешно прекратить незаконно возбуждённое дело и признать за провокатором право на реабилитацию и возмещение понесённых расходов, тогда как справедливее было бы подвергнуть его, как в старину, публичной порке ремнём из бычьей кожи…

Далее, желая произвести на Андрея Баймуканова психологическое воздействие при возбуждении против него уголовного преследования, сметливый следователь формулу обвинения из трёх абзацев раздул до пяти печатных листов, цитата из которого приводится ниже.

«Баймуканов Андрей Калелович на основании приказа временно исполняющего обязанности военногоо комиссара Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 28 декабря 2009 года № 276 с 1 января 2010 года принят на должность начальника муниципального отдела военного комиссариата ХМАО – Югры по Советскому району, и с ним заключён трудовой договор № 391 от 31 декабря 2009 года на 5 лет. 26 декабря 2014 года Баймуканов А.К. на основании приказа временно исполняющего обязанности военного комиссара ХМАО – Югры от 26 декабря 2014 года № 195 принят на должность начальника отдела (военного комиссариата ХМАО – Югры по Советскому району, муниципальному) (далее по тексту – отдел военного комиссариата), и с ним заключён трудовой договор № 175/14 от 26 декабря 4014 года на 5 лет.

31 мая 2017 года Баймуканов А.К. на основании приказа временно исполняющего обязанности военного комиссара Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 31 мая 2017 года № 62 уволен с данной должности.

По месту жительства и работы Баймуканов А.К. характеризуется положительно, женат, на иждивении имеет несовершеннолетнюю дочь, не судим, на учёте врачей нарколога и психиатра не состоял и не состоит.

В соответствии с Положением о военных комиссариатах, утверждённым приказом Президента Российской Федерации от 7 декабря 2012 года № 1609, Положением об отделе военного комиссариата ХМАО – Югры (муниципальном), утверждённым приказом военного комиссара ХМАО – Югры от 22 января 2013 года № 6, доверенностью от 11 января 2016 года № 11, в обязанности Баймуканова А.К. как начальника отдела военного комиссариата, помимо общего руководства отделом и контроля за состоянием финансово-хозяйственной деятельности, входило представление интересов военного комиссариата в отношениях с органами местного самоуправления и организациями по вопросам обязательной и добровольной подготовки граждан к военной службе, первоначальной постановки граждан на воинский учёт, призыва граждан на военную службу, медицинского обеспечения мероприятий, связанных с первоначальной постановкой граждан на воинский учёт, призывом граждан на военную службу; организация проведения проверок осуществления первичного воинского учёта граждан органами местного самоуправления.

Таким образом, Баймуканов А.К. постоянно выполняя организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, тем самым, являлся должностным лицом.

Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 59 Конституции Российской Федерации, защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации несёт военную службу в соответствии с Федеральным законом.

Согласно ст. 22 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», призыву на военную службу подлежат граждане мужского пола в возрасте от 18 до 27 лет, состоящие на воинском учёте, годные к военной службе по состоянию здоровья, которые не освобождены от исполнения воинской обязанности и которым не предоставлена отсрочка от призыва на военную службу в соответствии со ст. 23 указанного Федерального закона.

Согласно п.п. 16 и 17 Положения о военно-врачебной экспертизе, утверждённого постановлением Правительства РФ от 04.07.2013 № 565, медицинское освидетельствование граждан при первоначальной постановке на воинский учёт и призыве на военную службу проводят врачи-специалисты: хирург, терапевт, невропатолог, психиатр, окулист, отоларинголог, стоматолог, а в случае необходимости – врачи других специальностей; врачи-специалисты по результатам медицинского освидетельствования граждан при первоначальной постановке на воинский учёт и призыве на военную службу дают заключение о годности к военной службе по следующим категориям: А – годен к военной службе; Б – годен к военной службе с незначительными ограничениями; В – ограниченно годен к военной службе; Г – временно не годен к военной службе; Д – не годен к военной службе.
По версии органа досудебного производства, в период работы в указанной должности Баймуканов А.К., являясь должностным лицом, якобы «преследуя» корыстный преступный умысел, направленный на незаконное обогащение за счёт граждан призывного возраста, совершил ряд коррупционных преступлений при следующих обстоятельствах.

В один из дней февраля-марта 2016 года житель г.Югорск ХМАО – Югры, Савин А.В., отец призывника Савина А.А., не имеющего законных оснований для освобождения от призыва на военную службу, обратился к гражданину Абакумову В.О. с вопросом о наличии у него знакомых, способных освободить его сына от призыва на военную службу, обеспечив тому получение военного билета. После этого Абакумов В.О., зная, что его знакомый Баймуканов А.К. работает в отделе военного комиссариата ХМАО – Югры по Советскому району, обратился к нему с указанной выше просьбой».

Однако, в служебные обязанности Баймуканова А.К. не входило освобождение граждан от призыва на военную службу, поскольку, в соответствии со ст.ст. 26-28 Федерального закона от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», решение об освобождении гражданина от призыва на военную службу принимает только призывная комиссия и только при наличии к тому оснований, предусмотренных указанным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Решение призывной комиссии в отношении каждого призывника заносится в протокол заседания призывной комиссии, подписываемый председателем призывной комиссии и её членами. В силу своего служебного положения, Баймуканову А.К. было известно об указанном порядке освобождения от призыва на военную службу».

В этот момент у Баймуканова А.К. якобы «возник» преступный умысел на получение взятки в крупном размере за незаконные действия в пользу взяткодателя.

В целях реализации своего умысла Баймуканов А.К., по версии следователя, задумал провести Савину А.А. фиктивное освидетельствование состояния здоровья и, используя свои должностные полномочия в части организации деятельности своих подчинённых, а также организации медицинского освидетельствования граждан, подлежащих призыву, незаконно оформить и выдать Савину А.А. военный билет с отметкой об ограниченной годности последнего к военной службе по состоянию здоровья, т.е. в связи с наличием заболевания, препятствующего прохождению военной службы.

При этом Баймуканов А.К., якобы «желая незаконно обогатиться», т.е. действуя из корыстной заинтересованности, являясь должностным лицом, осознавая, что решение об освобождении гражданина от призыва на военную службу принимает только призывная комиссия и только при наличии к тому оснований, предусмотренных законом, потребовал от Савина А.В. через Абакумова В.О. передать ему за свои незаконные действия взятку в крупном размере в виде денежных средств в сумме 180 тыс. руб. частями по 40 тыс. руб. и 140 тыс. руб., на что взяткодатель согласился.

В один из дней июня 2016 года подчинённая Баймуканова А.К., секретарь-фельдшер призывной комиссии отдела военного комиссариата Косарева Т.В. по неустановленной причине внесла в официальные и иные медицинские документы: карту медицинского освидетельствования гражданина, подлежащего призыву на военную службу, учётную карту призывника, учётную карту допризывника Савина А.А. не соответствующие действительности сведения о признании Савина А.А. «В» – ограниченно годным к прохождению военной службы и подпадающим под действие ст. 68 «в» Расписания болезней и ТДТ (приложения к Положению «О военно-врачебной экспертизе», утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2013 № 565). Кроме того, Косарева Т.В., не являясь врачом, допущенным к выставлению призывникам категорий годности к военной службе, достоверно зная, что итоговое решение о категории годности призывника принимает врач, руководящий работой, лично вынесла в отношении Савина А.А. итоговое заключение о признании его «В» – ограниченно годным к прохождению военной службы (материалы в отношении Косаревой Т.В. выделены из уголовного дела в порядке ч. 1 ст. 155 УПК РФ).

14 июня 2016 года на основании изготовленных Косаревой Т.В. фиктивных документов решением призывной комиссии Советского района ХМАО – Югры Савин А.А. признан «В» – ограниченно годным к прохождению военной службы, о чём составлен соответствующий протокол от 14 июня 2016 года № 10.

При этом Баймуканов А.К., являясь заместителем председателя призывной комиссии Советского района ХМАО – Югры, т.е. должностным лицом, в целях выполнения незаконных действий в пользу взяткодателя, действуя из корыстной заинтересованности, используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, достоверно зная о фиктивности принятого медицинской комиссией решения о признании Савина А.А. «В» – ограниченно годным к прохождению военной службы, оспаривать данное решение не стал, а проголосовал за освобождения Савина А.А. от призыва на военную службу.

На самом деле, подзащитный вообще не был на заседании данной комиссии (это следователю было достоверно известно), что не помешало ему лгать следователю.

12 июля 2016 года, после утверждения фиктивно принятого решения об ограничении годности Савина А.А. к прохождению военной службы должностными лицами военно-врачебной комиссии ХМАО – Югры, которые не знали о подложности документов, изготовленных Косаревой Т.В., Баймуканов А.К., достоверно зная, что заявление на выдачу военного билета призывник пишет лично, используя своё должностное положение вопреки интересам службы, дал указание своей подчинённой – помощнику начальника подразделения планирования, подготовки, предназначения и учёта мобилизационных ресурсов Чуприной Л.В. заполнить заявление о выдаче военного билета от имени Савина А.А., расписаться за него и передать для оформления военного билета.

Чуприна Л.В., осознавая, что данные действия являются незаконными, но якобы «опасаясь» реализации властных полномочий Баймукановым А.К., выполнила его указание (материалы в отношении Чуприной Л.В. выделены из уголовного дела в порядке ч. 1 ст. 155 УПК РФ).

12 июля 2016 года должностными лицами отдела военного комиссариата, которые не знали о незаконности действий Баймуканова А.К. и фиктивности оформления документов, Савину А.А. был выписан военный билет серии АЕ № 5432293 с отметкой о категории годности к военной службе «В», который Баймуканов А.К. после подписания оставил себе для последующей передачи взяткодателю.

15 июля 2016 года, согласно позиции обвинения, в период с 20 до 21 часа, в г.Югорск Баймуканов А.К., являясь должностным лицом, якобы действуя из корыстной заинтересованности, используя свои служебные полномочия вопреки интересам службы, «получил» лично от Савина А.В. через посредника Абакумова В.О. оставшуюся часть взятки в виде денег в сумме 140 тыс. руб., а всего в сумме 180 тыс. руб., т.е. в крупном размере, за незаконные действия в пользу взяткодателя – освобождение Савина А.А. от прохождения военной службы и получение им военного билета с отметкой об ограниченной годности к военной службе, и при этом Баймуканов А.К., в силу своего должностного положения, мог способствовать таким действиям.

В свою очередь, будто бы «получив» оставшуюся часть взятки, Баймуканов А.К. передал Савину А.В. через Абакумова В.О. военный билет АЕ № 5432293 на имя Савина А.А.

«Таким образом, Баймуканов Андрей Калелович при вышеизложенных обстоятельствах, являясь должностным лицом, получил через посредника взятку в виде денег в крупном размере за незаконные действия в пользу взяткодателя, и при этом Баймуканов А.К., в силу своего должностного положения, мог способствовать таким действиям, т.е. совершил преступление, предусмотренное п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ».

Вполне понятно, что ангажированно настроенный следователь, грубо нарушая законные права и интересы граждан, напоминая слепого, идущего вдоль стены, не удосужился обнаружить находящийся на поверхности элементарный вывод о том, что даже в случае «доказанности» обвинения действия Андрея Баймуканова следует квалифицировать не как взятку, а по ч. 2 ст. 159 УК РФ (мошенничество в форме обмана), т.е. сообщение ложных сведений о том, что вопросы освобождения призывников от выполнения важной государственной повинности «входят» в его функциональные обязанности, тогда как это является исключительной прерогативой (компетенцией) призывной комиссии.

Выше уже указывалось, что Андрей Баймуканов свою «причастность» к совершению инкриминируемого ему преступления категорически, с приведением убедительных аргументов, отрицает, позиционируя версию о явной незаконности и несуразности предъявленного ему обвинения.

Далее, не проявил особой внимательности и предусмотрительности и надзирающий прокурор, утвердив обвинительное заключение, видимо, не изучив его – в противном случае, обнаружил бы препятствия для рассмотрения данного уголовного дела в суде (два постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с «отсутствием» в действиях посредника и взяткодателя составов преступлений), потому и не поставил бы свою подпись.

Так, согласно фабуле обвинения, отец призывника обратился с просьбой к Абакумову В.О. оказать содействие через его «знакомых» в решении вопроса об освобождении сына от призыва и получении военного билета.

Далее, из продолжения содержания данных показаний следует, что подзащитный якобы «согласился» решить вопрос за денежное вознаграждение из двух траншей в 40 тыс. руб. и 140 тыс. руб., которое в мае-июне-июле 2016 года и получил фактически.

Кроме того, якобы именно «указания» подзащитного «исполнили» секретарь-фельдшер призывной комиссии Косарева Т.В. и помощник начальника отделения районного военного комиссариата Чуприна Л.В., изготовив перечень фиктивных документов для личного дела призывника Савина А.А., которого призывная комиссия путём единогласного голосования 14.06.2016 на основе изготовленных Чуприной Л.В. и Косаревой Т.В. «документов» решила признать «ограниченно годным» к прохождению действительной срочной военной службы в рядах Российской армии.

Подзащитный, не допуская никакой «нелогичности», «необоснованности» и «непоследовательности», суду внятно и вразумительно показал, что никаких «указаний» о подготовке фиктивных документов не давал, в заседании призывной комиссии не участвовал, никаких «предложений» заплатить ему 180 тыс. руб. не делал; сотрудники районного военного комиссариата его заведомо ложно оговаривают, желая угодить следователю с тем, чтобы он не возбудил против них уголовные дела по ч.ч. 1 и 3 ст. 327 УК РФ и не принял решение о привлечении их к уголовной ответственности по ст. 33 и п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (соучастие в получении взятки); неоднократно настаивал и ходатайствовал о проведении с ними очных ставок.

Однако, по реальной и состоятельной версии защиты, заслуживающей уважения и удовлетворения, показания свидетелей Савина А.В., Савина А.А., Абакумова В.О., Чуприной Л.В. и Косаревой Т.В. следует признать недостоверными доказательствами, т.к. они в корне содержат сомнения и противоречия.

Суд в состоявшемся и обжалуемом приговоре сделал вывод о том, что подзащитный якобы «получил» взятку в крупном размере за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя – Савина А.В., т.е. за освобождение его сына от призыва к прохождению действительной срочной военной службы в рядах Российской армии и получение военного билета с указанием об ограниченной годности к выполнению данной государственной повинности (обязанности).

Подзащитный Андрей Баймуканов как при предъявлении ему обвинения, в порядке ст.ст. 171-174 УПК РФ, так и в ходе судебного разбирательства, в порядке ст. 275 УПК РФ, последовательно и мотивированно, со ссылкой на достаточную совокупность убедительных аргументов, а также допустимых и достоверных доказательств (ст.ст. 74 и 88 УПК РФ), исследованных судом, в порядке ст. 240 УПК РФ, позиционировал свою полную непричастность к «совершению» инкриминируемого ему преступления.

Райсуд оставил без обсуждения доводы подзащитного о возможной провокации взятки, хотя суду необходимо было строго руководствоваться п. 32 Постановления Пленума ВС РФ от 09.07.2013 № 24:
«Ответственность за провокацию взятки либо коммерческого подкупа (статья 304 УК РФ) наступает лишь в случае, когда попытка передачи денег, ценных бумаг, иного имущества или оказания услуг имущественного характера осуществлялась в целях искусственного формирования доказательств совершения преступления или шантажа и должностное лицо либо лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, заведомо для виновного не совершало действия, свидетельствующие о его согласии принять взятку либо предмет коммерческого подкупа, или отказалось их принять».

Суд же, действуя слепо в духе мантры «Виновен!», указанные выше обстоятельства оставил без внимания, обсуждения и оценки, тогда как лишь здравый смысл и элементарная предосторожность не допускают «с бухты-барахты» получать взятки от совершенно незнакомых лиц.

Тем не менее, суд, в обоснование своего откровенно ангажированного вывода о «виновности» Андрея Баймуканова, положил в основу приговора нижеследующие доказательства, большую часть которых следует признать неотносимыми (документы), другие – явно недостоверными, а часть – вообще недопустимыми, вследствие чего подлежащими исключению из перечня.

Так, в обжалуемом приговоре произведена ссылка на показания Савина А.В., приходящегося отцом юноше Савину А.А., подлежащему призыву на действительную срочную военную службу и не имеющему законных оснований для освобождения от выполнения этой государственной повинности.

Очную ставку следователь проводить отказался, поэтому сомнения остались неустранимыми, и их необходимо истолковать в пользу обвиняемого, а само доказательство вследствие его недостоверности исключить из перечня.

Далее, следственный орган, оценивая действия Абакумова В.О. по организации передачи денег в качестве взятки должностному лицу за совершение последним незаконных действий, вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором указал, что в них якобы «отсутствует» состав преступления, с чем первоначально согласился прокурор, а затем и суд.

Следовательно, коли действия посредника Абакумова В.О., который, по версии обвинения, организовал практическую передачу денежных средств в качестве взятки сотруднику военного комиссариата за совершение им действий по незаконному освобождению призывника Савина А.А. от призыва на действительную срочную военную службу в рядах Российской армии, не являются преступными, постольку и действия по приёму (получению) денежных средств автоматически влекут такую же правовую оценку.

По версии защиты, в действиях Абакумова В.О., ставшего посредником, содержится состав преступления, и нет законных оснований для его освобождения от уголовного наказания.

Таким образом, поскольку в рамках одного и того же уголовного дела одним и тем же действиям не могут даваться противоположные правовые оценки, постольку самостоятельным неизбежным юридическим выходом из создавшегося положения является решение об отмене обжалуемого приговора в отношении Андрея Баймуканова в связи с существенными нарушениями УПК РФ и несоответствием якобы «установленных» судом выводов фактическим обстоятельствам дела, т.е. по основаниям, предусмотренным в п. 1, 2, 3, 4 ст. 389.16 УПК РФ.

Также следует учесть и то, что уголовное преследование в отношении Андрея Баймуканова должен был прекратить суд по собственной инициативе, учитывая наличие в материалах дела двух постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления, т.е. по основаниям, указанным в п. 2 ч. 1 ст. 24, причём наиболее целесообразно – в порядке проведения предварительных слушаний, указанных в п. 4 ч. 1 ст. 236 УПК РФ.

Далее, непрекращение судом уголовного дела при наличии оснований, указанных в законе, является самостоятельным основанием для отмены приговора в апелляционном порядке, что и установлено в ч. 1 ст. 382.17 УПК РФ.

Орган досудебного производства ничего не предпринял для устранения противоречий путём проведения очных ставок (ст. 192 УПК РФ), исследований на «Полиграфе» и т.д. – наоборот, следователь с ходу отклонил мотивированные ходатайства подзащитного провести очные ставки со свидетелями обвинения; аналогично поступил и надзирающий прокурор, чем и было грубо нарушено право обвиняемого на защиту (ст. 47 УПК РФ).

Далее, совершенно схожую позицию занял и суд, когда допрашивался свидетель обвинения (призывник) Савин А.А., давший диаметрально противоположные показания.

Так, суду данный свидетель показал, что весной-летом 2016 года в г.г. Югорск и Советсткий не приезжал, со своим отцом вопрос по поводу уклонения от призыва в армию не обсуждал, детали, т.е. у кого и как он получил военный билет, он не рассказывал, ни заявлений, ни своих фотографий не передавал.

Однако, после оглашения его показаний, данных в ходе предварительного следствия, данный свидетель, «переобувшись в воздухе», согласился с ними.

В приговоре суд так и не указал, какие же показания данного свидетеля считать правдивыми, а какие – ложными (ст. 307 УК РФ), поэтому данное доказательство следует признать недостоверным и исключить из перечня.

Между тем, в соответствии с требованиями п. 3 ч. 1 ст. 389.16, выводы суда в приговоре считаются не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, если в приговоре не указано, по каким основаниям и мотивам при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, что и является самостоятельным основанием для отмены обжалуемого приговора, согласно требованиям п. 1 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ.

Ещё более грубый «ляпсус» допустил суд, обсуждая и оценивая показания т.н. «посредника» Абакумова В.О., о чём будет указано далее.

Так, суд занял откровенно обвинительную позицию и, грубо нарушая требования ч. 3 ст. 15 УПК РФ, превратился из органа по осуществлению правосудия в одно из несвойственных ему силовых ведомств по борьбе с преступностью.

Так, вместо объективного и беспристрастного обсуждения, анализа и оценки доводов, приводимых подзащитным, суд оформил в отношении них куцый, лишённый мотивов и аргументов трафаретный ярлык: «…они (показания обвиняемого, подозреваемого, подсудимого – М.П.) нелогичны, непоследовательны, опровергаются совокупностью исследованных доказательств», хотя и уклонился от надлежащей расшифровки выбранной им позиции.

Вполне понятно, что в результате этого суд нарушил п. 11 руководящих указаний Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре»: «В приговоре отражается отношение подсудимого к предъявленному обвинению и даётся оценка доводам, приведённым им в свою защиту».

Более того, обсуждая и оценивая показания свидетелей обвинения и констатируя их содержательную часть, в корне противоречащую позиции подзащитного, суд во всех случаях все неустранимые сомнения истолковал в пользу обвинения.

Между тем, такое ангажированное поведение суда является совершенно незаконным, прямо и грубо противоречащим требованиям ч. 3 ст. 14 УПК РФ о том, что все неустранимые сомнения судом должны быть истолкованы в пользу обвиняемого; первый же поступил с точностью до наоборот.
Более того, истолковав все неустранимые сомнения именно в пользу обвинения, суд также прямо и грубо нарушил одну из основополагающих гарантий, провозглашённую в ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, конкретно предписывающую судам все неустранимые сомнения в виновности лица истолковывать в пользу обвиняемого.

Кроме того, указанное выше поведение суда, выраженное в векторе во всём действовать только в пользу обвинения, в корне противоречит п. 15 руководящих указаний Постановления Пленума ВС РФ от 31.10.1995 № 8 (в ред. от 03.03.2015) «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»: «При рассмотрении уголовных дел должен соблюдаться закреплённый в ст. 49 Конституции Российской Федерации принцип презумпции невиновности, согласно которому каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана… вступившим в законную силу приговором суда, …неустранимые сомнения в виновности обвиняемого (подсудимого) должны толковаться в его пользу».

Суд вообще отбросил в сторону один из главных доводов подзащитного о том, что никаких отца и сына Савиных он не знает, никогда и нигде с ними не встречался, никаких переговоров ни с одним из них не вёл, поэтому и не получал от этих лиц каких-либо вводных и предложений, не говоря уж о «получении» денежных вознаграждений.

Впрочем, обратимся к фактам: следователь, ничтоже сумняшеся, лихо отстучал на своём компьютере два постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с тем, что, по странной версии первого, в умышленных действиях посредника Абакумова В.О., организовавшего сбор денежных средств, и Савина А.В., давшего эту взятку за совершение явно незаконных действий в пользу молодого юноши, т.е. за «отмазку» от армии, якобы составы преступлений «отсутствуют»! Вот уж, в самом деле, нарочно не придумаешь – ведь это самое настоящее беззаконие и произвол, а именно безобразное укрывательство опасных преступлений, предусмотренных в п.п. «в» ч. 5 ст. 291 УК РФ, ст. 33 УК РФ (Абакумов В.О., Савин А.В., Чуприна Л.В., Косарева Т.В.).

Наверное, дефицитом времени можно объяснить то, что суд не дал должной юридической оценки этим двум постановлениям.

В подтверждение правоты юридической природы умышленных действий как преступлений ниже приводится ряд мотивированных доводов, заслуживающих уважения и удовлетворения.

Так, в ст.ст. 32 и 33 УК РФ введено понятие соучастников и указаны виды соучастия в преступлении.

Исходя из фабулы обвинения, следует, что поведение Абакумова В.О. необходимо оценить как организатора, Баймуканова А.К. – исполнителя, Чуприной Л.В., Косаревой Т.В. – соучастников.

Далее, в ст. 30 Постановления Пленума ВС РФ от 09.07.2013 № 24 (с изм. и доп. от 03.12.2013) «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» даны руководящие указания для всех судов России о том, что имеют место всего лишь два случая, когда поведение соучастников дачи взятки должностному лицу не образует состава преступления:
а) если это лицо до возбуждения уголовного дела заявило о предъявленном ему требовании и передача предмета взятки происходила под контролем органов, проводящих ОРД;
б) если имел место факт вымогательства со стороны взяткополучателя.

Следовательно, во всех других случаях действия лиц признаются как образующие состав преступления, в ряде случаев подлежащих освобождению от уголовного наказания, а потому взяткополучатель и взяткодатель, равно как и посредник, не имеют законного права на статус «потерпевших» (ст. 42 УПК РФ).

Таким образом, следственный орган не имел никаких законных оснований освобождать от уголовного наказания посредника в даче взятки, т.е. Абакумова В.О., и Савина А.В., являющегося взяткодателем – наоборот, первый должен и обязан был в постановлении законстатировать в их поведении составы данных преступлений, но он этого не сделал, а предпочёл их укрыть.

Кассатор вполне понимает, что суд не имеет правомочий отменить два указанные выше постановления, но он обязан был вынести этот вопрос на рассмотрение предварительных слушаний на предмет прекращения уголовного дела и уголовного преследования Баймуканова А.К. только лишь по этому процессуальному основанию (п. 4 ч. 1 ст. 236 УПК РФ).

В самом деле, наличие двух незаконных, но не отменённых постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела якобы в связи с «отсутствием» состава преступления в действиях Савина А.В. и Абакумова В.О. служит непреодолимым процессуальным препятствием для обвинения Баймуканова А.К., по аналогии с ситуацией, указанной в п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, т.к. конструкция данного состава преступления непреодолимо такова, что получение взятки невозможно без её дачи; но если дача взятки якобы «не образует» криминала, то, следовательно, и получение взятки тоже «не содержит» состава преступления.

Однако, требования закона суд первой инстанции проигнорировал, упомянутые выше обстоятельства не обсудил, не дал правовой оценки, а его короткая реплика явно противоречит закону, а апелляционная инстанция попросту продублировала ошибки райсуда.

Таким образом, состоявшийся и обжалуемый приговор от 18.03.2019 Югорского райсуда по уголовному делу по обвинению Баймуканова А.К. по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ является незаконным и подлежит отмене с прекращением производства по делу, с вынесением нового приговора, которым подсудимого следует оправдать по основаниям, указанным в п. 2 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ.

В соответствии со ст.ст. 7 и 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым признаётся приговор только в том случае, если он постановлен строго в соответствии с УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно требованиям п.п. 1 и 2 ст. 307 УПК РФ, приговор должен содержать точное и конкретное описание преступного деяния с указанием места, времени и способа его совершения, указание и описание тех доказательств, на которых строится обвинительный приговор и указание содержательных мотивов, по которым отвергаются доказательства защиты.
В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ, основанием для отмены приговора суда в кассационной инстанции является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам по уголовному делу.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст. 53 УПК РФ,

Прошу:

1. Вынести постановление о возбуждении по жалобе адвоката Пуртова М.Ф. кассационного производства;

2. Передать жалобу адвоката Пуртова М.Ф. на рассмотрение суда кассационной инстанции;

3. Вынести кассационное постановление об отмене приговора Югорского райсуда от 18.03.2019 и апелляционного определения от 20.06.2019 по уголовному делу по обвинению Баймуканова А.К. по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ и прекращении производства по делу в связи с отсутствием состава преступления.

Приложение: 1. Копия приговора от 18.03.2019;
2. Копия апелляционного определения
от 20.06.2019;
3. Ордер Коллегии адвокатов № 1
г.Ханты-Мансийск.

Адвокат: (М.Ф. Пуртов)

Оставить отзыв